Состояние железнодорожного моделирования в СССР (1962 год).

Наконец то я нашел время для публикации очень интересной статьи из знаменитого ежемесячного журнала «Railroad Model». Интересна она мне была в первую очередь годом 1962, ну и вообще взглядом со стороны американского любителя жд моделей, посетившим в этот год Ленинград с наивной мечтой узнать, а как там в СССР с железнодорожным хобби обстоит дело.

Состояние железнодорожного моделирования в СССР (1962 год).
Эрик Лэнэл (Eric Lanal)
Сентябрь 1962 года
Дядюшка Эрик едет на экскурсию в Ленинград, вооружившись железнодорожными журналами, моделями и цветными слайдами, чтобы проверить насколько Ивану нравится железнодорожное моделирование.

Я выжидал какое-то время, прежде чем поделиться своим опытом в отношении железнодорожного моделирования в Советском Союзе, а недавняя публикация в журнале Rail-Road Model Craftsman («Мастер Железнодорожного Моделирования) показала, что к данному вопросу имеется очевидный интерес, так что поехали.
Я беседовал с путешественниками, как с собирающимися в СССР, так и с вернувшимися оттуда, все без результата. Я засматривался на журнал «СССР» в витринах газетных киосков с риском навлечь членов и поклонников JBC (крайне правое адвокатское общество анти-коммунистов)* на свою голову, но обнаружил лишь, дразнящие меня, призрачные намеки. Я писал, следуя обнаруженным в журналах контактам, обращаясь к железнодорожным клубам в СССР. Результат: НИ-ЧЕ-ГО! Пока, нет даже ответа.
И вот, недавно застряв на лето в Стокгольме, я начитался соблазнительной рекламы о недорогих экскурсиях, которые осуществляются каждую неделю, на поезде в Ленинград и – вы только подумайте – купил билет. Звучит просто, но Советскому посольству на выдачу мне визы потребовалось шесть недель, затем они потеряли мой паспорт и обнаружили его лишь за пару часов до времени отбытия.
Так или иначе, я отправлялся в поездку в полной готовности. Я прихватил с собой коробку своих лучших диапозитивов «Кодахром» (слайды) с Американскими паровозами и вагонами, портативный прибор для просмотра слайдов на случай недостатка в проекторах, журналы Railroad Model Craftsman и другие издания о железнодорожном моделировании, НО модель Германского тележечного вагончика, сделанную в Австрии фирмой Lilliput. Мой немецкий друг, бежавший из Восточной Германии, предупреждал о том, что будет, если я вдруг решу подарить его какому-нибудь русскому в обмен на русскую модель. Он сказал, что сначала мою модель погрузят в воду, а затем вынут и разберут на детали в поисках встроенной взрывчатки. Он ошибался, но при всем при том ни на столько. Впрочем, я забегаю вперед.
Я не стану притворяться, будто поехал в Ленинград исключительно проверить обстановку с железнодорожным моделированием. Я осматривал достопримечательности, как любой турист, но на первой же остановке автобуса зажал в угол милую Советскую девицу, рассказывавшую нам о достопримечательностях и спросил ее на Шведском – которым единственным она владела кроме Русского – не поможет ли она вступить в контакт с какими-нибудь железнодорожными моделистами, имеющимися в городе? Все чего я хотел - это собрать небольшую группу вместе и, немного расслабив их рассказом на каком-нибудь языке или с помощью моих слайдов, докопаться с моими новообретенными друзьями серпа и молота до истины.
Девушка оказалась готова к сотрудничеству, но предупредила, что максимум на что она способна – это Железнодорожный Музей, связанный с Железнодорожным Институтом, расположенным на Садовой улице. Весь распаленный, я вскочил с ней на трамвай и мы проехали по Садовой несколько кварталов до музея. Девушка нашла куратора, оказавшегося маленьким и крайне неохотно дружелюбным простоватым старичком, а затем просветила меня относительно моих целей. Группа студентов, быть может? Ну, так извините, лето, время каникул, все разъехались, как будто я предлагал купить у меня что-нибудь, вроде вчерашнего снега.
Однако, старичок согласился записать мое имя и я начертал его на каком-то обрывке бумажки японской шариковой ручкой, которую приобрел в Стокгольме. Старичок и девица были снедаемы любопытством и восторгом при виде ручки, и в порыве великодушия я протянул ему эту самую ручку. Он был мой раб теперь. Он захотел узнать, как ее заправлять чернилами, а когда я сказал, что их не заправляют, а просто потом выкидывают, то потускнел. (Шариковые ручки, губная помада и жвачка сильно помогут вам в Советском Союзе). Он немедленно организовал для меня экскурсию с гидом по музею.
Местечко было старое, явно со времен царей. Под стеклянными колпаками находились очаровательные модели, некоторые размера «О», но в основном побольше, где-то масштаб 1/10, начиная от самых ранних паровых локомотивов до новейших Советских электро- и дизель-локомотивов. Там же была прекрасная модель Транс-Сибирского Экспресса давным-давно минувших дней, приблизительно в полудюймовом масштабе, с полной внутренней отделкой и обитой тканью мебелью. На целую комнату был макет размера «О» сортировочной станции с тепловозом и полудюжиной грузовых вагонов, с кнопочным управлением и был весьма неплох, хотя и грубоват.
В сигнальной рубке размещалась скверно работавшая модель городской электро-магистральной линии (трамвая), двухколейная петля с идущими поверху проводами и два моторвагонных американских поезда, безнадежно выполненных вне масштаба. Как только набиралась группа зрителей, ответственный человек (по факту обычный пенсионер) нажимал на кнопки и управлял составами с невообразимым грохотом, для демонстрации того, как работает автоматическая блокировка. В чисто Советском стиле он проводил демонстрацию как урок, обращаясь то к одному, то к другому зрителю с вопросом, дабы уловить следуют ли они за его объяснениями. Жажда знаний в Советском Союзе потрясающая. Все дело в том, что люди там не ходят в музей просто поглазеть на красивые модельки, но выяснить как вообще все работает.



Хотя и выглядит как античный Греческий храм, это прекрасное строение является одной многочисленных подземных станций Ленинградского метро.

Девушка уже уехала, так что на своем зачаточном Русском я поблагодарил куратора и он уговорил меня снова зайти перед отъездом, а он пока посмотрит сможет ли он собрать для меня аудиторию. Так что я вышел на свежий воздух.
В среду днем, точно вовремя, я снова был на месте и радушно принят, однако никаких студентов не было. Только куратор, его помощник – большой дружелюбный парень со впалыми щеками в белом пиджаке, стираном в позапрошлом марте, а также женщина – преподаватель Немецкого из Института, которая любезно вызвалась переводить, если я соблаговолю говорить на Немецком.
Меня ввели в кабинет куратора и разместили на почетном месте за столом, обитым зеленым сукном. Я начал рассказ о моих увлечениях, комментировал принесенные картинки и отвечал на вопросы и признаюсь вам это было нелегким испытанием. Русские имеют весьма статистический или оценочный склад ума. Например, меня спросили, сколько тонн угля перевозят наши последние хоппер-вагоны. Я не зацикливаюсь на том, чтобы запоминать цифры, так что дерзнул предположить, что около 100 тонн.
«А наши перевозят по 120 тонн!» - получил я гордый ответ.



Старинные, но в отличном состоянии трамваи с кабиной с одной стороны, очень похожие на Американские Peter Witts, с прицепленным вагоном громыхают по Садовой улице в Ленинграде, рядом с железнодорожным музеем. Церковь на заднем плане разваливается по кусочкам.

Товарищи хотели узнать об электрификации Америки, упомянув, что сами они только что завершили электрификацию всей Транс-Сибирской Магистрали от Москвы до Тихого океана! Мне было неловко рассказать на сколько немного миль основных путей под электричеством, но постарался объяснить, что мы использовали электричество в основном в городских зонах и упомянул, что в Нью-Йорке запретили использование дымных паровых двигателей, так что все входящие пути были электрифицированы.
«А когда это произошло?» - последовал вопрос.
Опять я предположил, что где-то в 1913 году. Можете себе представить, что я как будто взорвал мегатонную бомбу над Кремлем: «ТАК давно?!» - вторили все хором, застигнутые врасплох. Они были так удручены этим известием, что мне стало их просто жаль.
Пока они были у меня на крючке я быстро достал приготовленные цветные слайды (я был прав, подходящего оборудования в институте не оказалось и все были заворожены моим портативным проектором на батарейках) со старинными паровозами на ж/д ветке Мэриленд-Пенсильвания и прочими антиквариатами. Каждая новая картинка вызывала благоговейный восторг и вежливые вопросы («А сегодня в Америке используется такая техника?»)
После того как я сказал, что - нет, это техника принадлежит истории, то интерес тут же пропал как к зоне ядерного заражения и последовал вопрос, а нет ли чего посвежее? Тогда я продемонстрировал свой призовой снимок: товарняк с двумя локомотивами паровозами, извергающий горы фантастического пара стелящегося по земле, но «товарищи» лишь сочувственно закивали носами и сказали, что им жаль, что мы в Америке используем уголь столь низкого качества. Чтобы не потерять внимание моих слушателей мне не оставалось ничего, кроме как начать хвастаться, что сейчас мы на 100% перешли на дизельные двигатели и что у нас даже электрическая тяга считается морально устаревшей.
Я сражался уже почти полчаса, когда добродушный помощник куратора наконец широко улыбнулся и с просветлевшим лицом начал жестикулировать . «Ах!» затараторил он «Красота! Ты их просто обожаешь!». Он наконец прорвался через заслоны переводов и осознал, что я, как у нас тут называется, просто паровозный фанат. Воздух тут же наполнился моими «Да! да!», размахивающими руками и радостью без границ. По всей видимости мои друзья не были знакомы с таким явлениям и были потрясены (вот вам и железнодорожное моделирование в СССР).
Излучая свет и радость я показал «товарищам» мой немецкий паровозик. Они отметили, что вещица весьма изящная и поинтересовались зачем она сделана. Я сказал, что коллекционирую иностранные паровозики (на всякий случай, изготовившись к обороне), но услышал лишь «А-а-а, коллекция?!». «Да, да! Кол-лек-ция!» и тут же преподнёс в подарок музею модель вагончика. Мне казалось, что они теперь мои.
«Товарищи» не стали топить вагончик в воде, однако настойчиво поинтересовались, является ли подаренная модель копией самого последнего типа, бегающего по Германии. Я сказал, что нет, это старинный вагон приблизительно 1910 года. После этого «товарищи» вежливо, но весьма настойчиво вручили мне модель обратно. Ни малейшего интереса.
Я бросился показывать еще слайды, но все уже было бесполезно, «товарищи» отодвинулись и спросили: «Так чем же мы вам можем помочь?», подразумевая, что можно было бы получить и луну, если бы она хранилась в Ленинграде.
Я спросил про Русские модели. Причем, я подозревал, что не стоит зацикливаться на масштабе НО. Взор моих собеседников прояснился: да, в Советском Союзе есть завод, в Москве, где делаются модели для таких музеев как этот, но в масштабе не менее 1/20, и только для государственных нужд. Вот, собственно говоря, и все.
Тогда я поинтересовался, могу ли я купить фотографии паровозов (Нет, фотографий не имеется) или пойти на станцию и сделать их сам. Ну, конечно! Мне предоставят возможность и помощник помчался Русской рысью (что-то вроде Алабамского аллюра) позвонить начальнику станции, чтобы получить разрешение. Через полчаса он вернулся упавший духом. Начальник станции не имеет столь широких полномочий. Он должен был позвонить в Москву, а московский чиновник, который дает разрешение подобного рода, находится в отпуске. Если я буду любезен вновь заглянуть через, скажем, пару месяцев, то колеса бюрократии к тому моменту уже придут в движение. ОЧЕНЬ жаль!
Однако, как отнесусь к тому, что они составят мне компанию посетить станцию, чтобы посмотреть на поезда? Так что учительница немецкого и помощник директора сопроводили меня мимо трех кварталов до станции, мирно болтая всю дорогу и на Пушкинском Вокзале (немецкое слово, обозначающее комнату ожидания «Wartersaal» изменилось до русского «вокзала», то есть – станция) мне разрешили делать все, что я хочу с ожидающим там отправки пригородным моторвагонным поездом, за исключением управления им и наведения на него камеры. Он выглядел основательно крепким, немного квадратным, с дверями в хвосте и очень неудобными деревянными скамейками. На каждом вагоне имелся один токоприемник, а сами вагоны были выкрашены в жизнеутверждающий зеленый цвет. Было заметно, что уход за всем хозяйством был слабенький, вроде того, что вы обнаружите в старых добрых Штатах, однако напротив стоял сверкающий новый поезд со спальными вагонами, готовый отправиться через весь континент в далекую Одессу.
На станции проходили очень скоростные маневровые работы, напомнившие мне о старых паровозных временах на терминале Ридинг в Филадельфии, когда вечером в час пик там расфасовывали по путям вагоны со скоростью раздачи шулером карт при игре в покер.
Перед тем как уйти, меня подвели к цветочной клумбе, очень большой, на которой красные бегонии были высажены таким образом, что складывались в слова, которые в Советском Союзе встречаешь везде: Миру Мир. «Товарищам» было интересно, имеется ли что-нибудь подобное на станциях в США? Пришлось честно ответить, что нет, но прежде чем я успел вымучить из себя комментарии к нашей молитве о мире во всем мире, они, подняв брови, обменялись многозначительными взглядами и я почти услышал укорительное «Милитаристы!» шепотом просочившееся из их разума.



Вместе со старым подвижным составом, на заднем плане, скоростные современные, обтекающей формы, трамвайные вагоны серии 5000, оборудованные токоприемниками, рассекают по чистым улицам.

Но мы расстались верными друзьями и они, по крайней мере, приняли от меня в дар несколько журналов «Железнодорожный моделист» на память в знак уважения.
Затем я прокатился на новом ленинградском метро. Оно не является галереей искусств, как московское и не на столько тщательно спланированная транспортная система, как метро Лондона, Нью-Йорка или Парижа. Это всего лишь одна ветка через весь город, но зато очень впечатляющая. Каждая станция на поверхности выглядит как древнегреческий храм или крупный банк или что-то такое важное и занимает место целого городского здания, имея несколько этажей. Не спрашивайте почему. Вы спускаетесь вниз по длинному эскалатору – я пытался прикинуть глубину и получил около 300 футов! Один долгий спуск без промежуточных остановок или уровневых ступеней. Станции украшены орнаментами, но в основном из гипса, а не мрамора как в Москве. Поезда светло синего цвета, вместительные и быстрые, тихие и эффективные. Но весьма странным является то, что нигде нет выхода на открытый воздух. Я проехал все вдоль и поперек и нигде не нашел места, чтобы поезда каким-бы то ни было образом хоть на ярд выходили на поверхность. От русских вполне можно было ожидать, что они построили поезда прямо там, под землей! Большая глубина линии вызвана болотистыми почвами, линия же была проложена на скальной поверхности.
После я всерьез и совершенно безнадежно застрял в попытках найти хоть какой-нибудь магазин хобби, пускай хоть магазин игрушек, чтобы узнать, что можно было бы купить. Для подобных поисков СССР является самой маленькой страной в мире, занимая строчку после Тибета, в котором как известно Далай-Лама «просто обожает модели паровозиков», если верить его брату с которым я встречался в прошлом году.
Я прошел вдоль и поперек Ленинград, город с тремя миллионами жителей, половина которого больше Филадельфии, но даже на Невском Проспекте, центральной улице, не имеется магазинов продающих хоть что-то отдаленно напоминающее ассортимент магазинов хобби. Я обнаружил пару крупных (для Ленинграда) торговых центров, в одном из которых нашел стол заваленный игрушками достаточно случайного ассортимента: пара-тройка пластмассовых кукол, мячики, аляповатые кукольные коляски, один-два самоката и сверх всей кучи одинокий заводной жестяный автобус. Автобус был пара дюймов длиной, со штампом «Сделано в Ленинграде» и в действительности передвигался как-то грузно. Он был абсолютно единственной транспортной игрушкой, которую я нашел в целом городе, так что я купил его за приблизительно 60 центов в переводе на наши деньги. Никаких паровозов какого бы то ни было вида не обнаружено.
В отделе фототоваров имелось следующее: карандаши, четыре камеры, два телевизора, одна (1) катушка с фильмом и мотоцикл. Также в достатке имелись шапки, шляпы и нижнее белье, отвертки и шарфы с платками, ботинки, носки и тарелки. Но я должен категорически заявить, что если в Советском Союзе и делается хоть какая-то железнодорожная модель, то это происходит по счастливой случайности, и я имею ввиду случайность, такую же как, например в Саудовской Аравии в пятнадцатом веке. Мне есть что сказать, потому что я тот человек, который разнюхивал и выкуривал из нор модельные магазины лично и по почте в большинстве стран мира, включая на острове Пасхи.
Это ведь именно то, что вы наверняка ожидали. Например, я проходил мимо большого автобусного терминала (основного для Ленинграда). Всего два автобуса, выглядевшие точь в точь наши автобусы дальнего следования, стояли посреди гигантской площади, готовясь отправиться в пункты назначения за сотни миль. Всего около трех дюжин людей стояли в их ожидании. Вот и все. Невский проспект в два раза шире Пятой Авеню, но в вечерний час пик бурлящий поток состоит из около пяти автобусов и двух такси. Ах, ну да, и еще одного троллейбуса.
Я никогда не встречал людей более дружелюбнее русских, но что дает им такой импульс?
Я провел оставшиеся перед отъездом часы фотографируя трамваи. Ленинград это рай для любителей трамваев. Они есть любого вида, от древних четырехколесных до навороченных лайнеров, выглядящих так, как будто они парят над крышами домой. Они носятся в основном сцепленными по два вагона, мощность и размер где-то среднего тяжелого американского городского вагона тридцатилетней давности. У всех кабина только с одной стороны. Надписи, обозначающие вход и выход, отличаются друг от дружки лишь одной буквой, что естественно смущает гостей города, особенно плохо понимающих по-русски. Большая часть трамваев выкрашены в темно красный цвет с зеленой отделкой, а крутые лайнеры в бледно зеленый и бледно голубой. Внутренняя отделка сияет как начищенный самовар, но даже в самых новых вагонах мои руки непременно прилипали к поручням и ремешкам! Фу!
Я должен рассказать о паре особенностей трамваев. Во-первых, я ни разу не зашел в трамвай, чтобы кто-нибудь не вскочил, предлагая мне уступить место. Русские почти болезненно вежливые и дружелюбные к иностранцам, даже американцам (дело-то было аккурат после инцидента с самолетами U-2 на Кубе!) Я только размышлял каким образом в этой стране среднестатистический неопытный иностранец будет оплачивать проезд в переполненном трамвае, автобусе или поезде.
А в завершение я должен сообщить о двух уникальных системах оплаты, которые я наблюдал в Ленинграде, и ни одну из которых я бы не мог посоветовать для использования в США. На некоторых старых трамваях в окне имеется надпись «Без кондуктора», что означает что пассажирам нужно обшарить вагон и найти старую коробку из под сигар, полную мелочи, в которую следует опустить плату за проезд, вагоновожатый все время находится впереди в рулевой кабине, откуда он ничего не видит. Никто, кроме других пассажиров, вас не проверяет. В довершение всего я увидел толстую старушку-«веселушку», которая ввалилась в переполненный вагон через переднюю дверь (предназначенную для выхода), села на переднее сидение и выловив рубль из своей сумочки молча передала его рядом сидевшему человеку. Сосед так же молча передал полученные деньги куда-то назад в толпу и деньги вероятно достигли кондуктора где-то в центре вагона, потому как в должное время полагающаяся сдача и билет благополучно прибыли даме в руки через битком набитый вагон. Все без слов. Наверное, такое происходит каждый день.
Но ни в коем случае, если пошлете деньги в магазин под названием "ГУМ" в городе Москве, не ждите обратно какие-нибудь модели НО. Ни-че-го!

*Общество Джона Берча (JBS)
Праворадикальная политическая группа в США, стоящая на платформе антикоммунизма, ограничения влияния государства, конституционной республики и личных свобод. В американском политическом спектре движение считается одним из основных представителей радикального правого крыла.
Штаб-квартира общества первоначально располагалась в городе Белмонт, штат Массачусетс (1958). В настоящее время она находится в городе Гранд Шют, штат Висконсин, а региональные отделения располагаются в пятидесяти штатах.

Eric Lanal «Model pring in USSR»
«Railroad Model» September 1962

(Перевод и литературная обработка Деньга Алексей)
Ссылка при копировании обязательна.
Это лучшее, что я прочитал за последнее время, спасибо огромное, дорогой друг, товарищ и соратник !!!! Заберу к себе на все ресурсы - просто классика !
Шикарно.
Второе и третье фото поменяйте местами.

А еще: для сытого и весьма довольного собой и своей [не воевавшей на своей территории ] страной янки много чего не нашлось бы у нас в начале 60-х. Мне мою первую железную дорогу от Piko купили в 74-м, всего то через десяток лет, причем на окраине страны, за полярным кругом. А сейчас и моделизма навалом, вот только что-то не скажу, какие-то аналоги Piko в стране производятся или нет? Похоже что нет.

Edited at 2018-02-13 08:04 am (UTC)
Очередной западный чушкан строит свои маняфантазии про нас, дичь голимая.